ЖИЗНЬ ПОД ПОКРОВОМ ВСЕВЫШНЕГО, ИЛИ ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК ИНВАЛИДЫ НЕБЕЗРАЗЛИЧНЫ ЦЕРКВИ

В этой небольшой статье мне бы хотелось поделиться с дорогим читателем историей моей жизни. Она, как и у всех инвалидов с детства, не особенно примечательна. Много сложностей, трудностей, мало радостей. Но все-таки светлых эпизодов в моей жизни немало. И у меня они связаны с нашей Церковью, с моим родным храмом и теми, кто в нем служит. Об этом чуть позже, а сейчас коротко о себе.

Я, Семен Александрович Шевехов, родился 18 мая 1991 года в г. Душанбе Таджикской ССР, с детства являюсь инвалидом-колясочником 1 группы (диагноз «ДЦП»). В настоящее время мне 26 лет.

Как наша семья попала в Душанбе? Все началось с моей прабабушки — Сараджан Михайловны Юсуповой. Сараджан — таджикский геохимик, академик АН Таджикской ССР (с 1951 г.). Окончила Узбекский университет в Самарканде (1935 г.). В 1935 — 1940 гг. работала в Почвенном институте ВАСХНИЛ в Москве, потом — в Узбекистане, Таджикистане. С 1950 года — профессор. Основные научные работы относятся к минералогии и геохимии осадочных образований. Автор написанного на таджикском языке учебника «Геология с элементами минералогии и петрографии» (1964 г.). Там же она вышла замуж за моего прадеда, родился мой дед, а затем родилась единственная дочь — моя любимая мама. По их рассказам, Таджикистан — замечательный и красивый край!

Все между собой жили дружно, никто не выделялся по нации: ни русские, ни таджики, ни татары, ни представители других народностей. Мама окончила педагогический колледж, преподавала как в Таджикистане, так и в России (в Костроме). Позже она познакомилась с моим отцом, которого мне так и не суждено было увидеть — отец пропал без вести во время военных событий там.

Наступил роковой 1991 год — год моего рождения и распада Советского Союза. Внутри республики это спровоцировало начало кровопролитной гражданской войны. Резко обострилась межнациональная обстановка. Русскоговорящее население стало массово покидать Таджикистан. В больницах, школах, роддомах и других учреждениях практически не осталось грамотных специалистов. Роддом, в котором мне суждено было появиться на свет, не обладал квалифицированными кадрами. Согласно медицинским показаниям я развивался абсолютно здоровым ребенком, но из-за врачебной ошибки (или по злому умыслу акушерки) я стал инвалидом (причина — родовая травма с внутричерепным кровоизлиянием). «Уезжай свой Россия», — вот что на последующие возмущения по поводу моего состояния слышала моя мать. Через полгода на меня выдали удостоверение — «Инвалид с детства».

По рассказам мамы и бабушки, жить с каждым днем становилось все труднее. Исчезли с полок магазинов почти все продукты. Лекарство и детское питание на меня не выдавали. О какой-нибудь медицинской помощи нечего было и думать. Наша семья решила бежать в Самарскую область, где проживали наши родственники. Так мы — я, мама, тетя и бабушка — стали беженцами.

В 1993 году мы на поезде приехали в г. Сызрань, а потом, после скитания по съемным квартирам, в 1999 году обосновались в поселке Варламово, где проживаем по сей день. С 2000 по 2010 год я учился в Варламовской средней школе, помню всех своих учителей, а с некоторыми мы с мамой общаемся и сейчас. Учиться мне было интересно и легко, особенно неплохо давалась математика.

В 1999 году у меня в пришкольном летнем лагере появились друзья — два брата-близнеца — Никита и Илья Степановы. Позже, пройдут годы, мы станем по-настоящему родными людьми. А в то время мы встречались у нас дома, играли в компьютер, выходили вместе на прогулку. После они стали помогать нам с мамой добираться до храма, хотя сами до того никогда церковь не посещали.

В те времена не было специальных приспособлений для колясочников в общественном транспорте. Потому проезд до храма и обратно представлял собой совершенно особое приключение с множеством трудностей. Тем не менее каждое воскресенье мы были в Казанском соборе — я, мама и мои друзья.

Более того, мне посчастливилось два года проучиться в воскресной школе Собора у протоиерея Вениамина Сергеева. Надо отметить, что кабинет Закона Божьего располагался под самым куполом колокольни. В итоге мои друзья-близнецы несли меня на руках на самый верх по бесконечным деревянным лестничным маршам с узкими высокими ступеньками.

Позже братья поступили в Самарскую семинарию и стали священниками. Сейчас один служит в Самаре, другой — в Чапаевске, мы с ними постоянно общаемся, они всегда нам помогают, а мы молимся о них.

Каждый день мне приходится преодолевать массу физических и бытовых трудностей. Вот только некоторые из них: подъем с кровати, перемещение на коляску, есть, пить, ходить в туалет и т. д. Фактически у меня работает только левая рука, а правая рука и ноги меня не слушаются, да еще периодические гиперкинезы. Усугубляет все это пред-эпилептическая готовность. Если перечислять все заболевания, то это, поверьте, надолго.

Преодолевать эти трудности мне помогает моя мама, которая еще и мой друг. Мы живем только на мою пенсию по инвалидности и мамин редкий приработок. Этого нам хватает лишь на скромную еду и оплату коммунальных услуг. О чем-то большем и мечтать не могли никогда. Чтобы было на что поесть (в прямом смысле), мама в 1999 году выучилась в Сызранском губернском колледже на парикмахера, для работы на дому, чем занимается до сего дня. Повторюсь, что я не могу себя обслуживать совершенно, мне необходим постоянный уход. По этой причине у матери нет никакого трудового стажа.

Целыми днями я провожу у компьютера. С его помощью пишу свои рассказы. Писать я начал с 10-летнего возраста. Притом дважды становился лауреатом литературных конкурсов среди авторов-инвалидов в 2003 и 2007 годах. Мои рассказы были напечатаны в сборниках прозы и поэзии. В 2003 году получил именную премию от главы администрации г. Сызрани В. Янина за успехи в области литературы. Мои рассказы в разное время печатались в газетах «АиФ», «Красное Приволжье», «Православная Сызрань».

Я принимаю участие в общественной жизни поселка Варламово. В 2014 году была проведена акция «Жизнь без барьеров», организованная правительством Самарской области для людей с ограниченными возможностями.

Хотелось бы отметить особое участие в моей жизни Церкви. В первую очередь нужно сказать о моем духовнике — протоиерее Вениамине Сергееве, клирике Казанского кафедрального собора. Он не только регулярно приезжает к нам для исповеди, причащения и соборования (при этом категорически отказываясь брать за это пожертвование). Так же регулярно привозит нам продукты, временами полностью обеспечивая нас провиантом. Для нас это неоценимая помощь.

Еще более значимы для нас те беседы, которые у нас бывают в его приезды, а также по телефону. Отец Вениамин умеет поддержать, когда уже, кажется, все плохо и весь мир ополчился против нас. Нелегкая, наверное, это работа — напоминать нам, нерадивым, как Бог любит нас, и что все плохое обязательно пройдет и вновь в окошке ярко засияет солнышко. Спасибо ему за это!

Благочинный Сызранского округа, протоиерей Григорий Коберник, в 2004 году пожертвовал нам значительную сумму на приобретение нового газового котла. К отцу Григорию всегда можно обратиться за советом и утешением, он всегда поддержит и обязательно поможет.

А еще недавно перед нами встала непростая задача — реконструкция газовой трубы в нашем доме. Это очень дорогостоящая процедура, а для нас и вовсе непомерная. В ОАО «Сызраньгаз» нам пошли навстречу и несколько скорректировали цену с возможностью рассрочки. Мы также решили с просьбой об оказании материальной помощи обратиться к нашему владыке — епископу Сызранскому и Жигулевскому Фоме. Ответ на наше обращение не заставил себя долго ждать. В течение недели мы узнали, что наш вопрос решен положительно, и еще через неделю немалую часть необходимой суммы нам выдали в Казанском соборе. Для нас это настоящее чудо, хотя, наверное, для наших неравнодушных батюшек творить такие чудеса — еже-дневная работа.

Я благодарен Господу и Пресвятой Его Матери за то, что у нас с мамой есть: за скорби, за редкие радости и за множество добрых и отзывчивых людей вокруг. Иногда нападает уныние, а то и отчаяние, но вновь и вновь Господь очередным чудом вторгается в наш маленький домик, рассеивая затхлую атмосферу безысходности, и наполняет его светом и радостью. Стоит только немного потерпеть. Господь действует и через людей, и через благополучно складывающиеся обстоятельства. Это дает силы жить и радоваться жизни.

Семен ШЕВЕХОВ.
Фото из семейного архива.

МНЕНИЕ СПЕЦИАЛИСТА

Елена Владимировна КАЛИШКИНА,
педагог-психолог государственного казенного учреждения Самарской области «Комплексный центр социального обслуживания населения Юго-Западного округа»:

— Очень часто человек с инвалидностью испытывает состояние душевной боли, которая может переходить в злость, агрессию, обиду на несправедливость судьбы, депрессию. Депрессия приводит к потере энергии, чувству безнадежности, потере смысла жизни. Важно осознать, что депрессия и стресс — это временный период. И всегда можно посмотреть на жизнь по-другому. Главное — желание. Не нужно замыкаться в себе и оставаться один на один со своими тяжелыми переживаниями, тем самым усугубляя депрессивное состояние. Всегда есть люди, которые готовы прийти на помощь. Поговорите с близкими людьми: друзьями, родственниками. Если их нет рядом и вы одиноки, преодолеть депрессию вам поможет психолог или взрослый телефон доверия. Говоря о своих переживаниях, человек чувствует, что он не один, что кто-то понимает, как ему сейчас тяжело. А дальше важно внести какой-то новый смысл в свою жизнь, подчинив ему каждодневные действия. Как только это случится и произойдет принятие своего состояния, начнется новый период жизни, как это и случилось с Семеном Шевеховым.

Принять и смириться — это не одно и то же. Принять — это означает понять, что жизнь не сводится к наличию заболевания или травмы. Человек не перестает быть личностью со своими позитивными целями в жизни, которые могут быть реализованы. Стоит только захотеть.

Обратиться за психологической помощью можно в ГКУ СО «Комплексный центр социального обслуживания населения Юго-Западного округа», тел. 2-52-25, взрослый телефон доверия: 8-800-100-21-15.

изображения не найдены

Написать комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.