«ЦЕНЮ КАЖДЫЙ ДЕНЬ С БЛИЗКИМИ ЛЮДЬМИ»

На прошлой неделе в Самаре состоялся финал региональной акции «Мужчина года Самарской области 2023». Победителем в категории «Герои живут рядом» стал Александр Артемьев.

Он — участник специальной военной операции, удостоен медали Суворова за личное мужество и отвагу. Мы встретились с ветераном боевых действий, чтобы поговорить о том, как он попал в зону СВО, о событиях в Макеевке и его планах на жизнь. Беседа получилась непростой…

— Александр Вадимович, чем вы занимались до того, как отправились на линию фронта?

— Трудился вахтовым методом на севере. Как раз перед началом частичной мобилизации находился дома и планировали с семьей поездку на юг. Повестка пришла домой и по месту работы. Никаких мыслей о том, чтобы отказаться, не возникло. У меня уже был опыт: после армии я заключал контракт с Министерством обороны, тогда служил в Подмосковье, потом в Дагестане.

— Как долго вы находились на учениях перед отправкой на Донбасс?

— Три месяца подготовки. С нами работали опытные инструкторы, которые многому нас научили. После гарнизона мы были передислоцированы в 3-ю бригаду спецназа Главного разведывательного управления. Много изнуряющих тренировок. Но как говорится, тяжело в учении — легко в бою. В середине декабря нас отправили в Ростов, а потом в городской округ Макеевка Донецкой области.

— В новогоднюю ночь обстрела здания ПТУ вы были там?

— Да, мы уже легли спать, когда случились первые взрывы. Очнувшись, понял, что меня откинуло далеко от кровати. Я пополз в другое помещение, где на раны мне наложили жгуты. Сослуживец на себе стал спускать меня с верхнего этажа, и случился второй «прилет». Нас отбросило в разные стороны. Меня придавило плитой. Трудно сказать, сколько времени я пролежал. Мимо проходили несколько групп солдат, но они выносили тех, кого можно было забрать сразу, а меня нужно было достать из-под завалов. Я просил их покончить со мной, так как вокруг полыхал огонь и было страшно сгореть заживо. Потом возникли мысли о самоубийстве, но не хватило сил, ослаб от ранений. Спасать меня было некому. И тут, когда уже начал терять сознание, боковым зрением увидел два фонаря, которые быстро приближались. Я что-то прохрипел, чтобы заметили. Хорошо запомнил их слова: «Братишка, вместе домой поедем». Они, оценив ситуацию, принесли домкрат, приподняли кусок бетона и буквально откопали мои ноги. Все это время разговаривали со мной, чтобы не терял сознание. Потом сделали укол обезболивающего и повезли в ближайший госпиталь. Затем в Ростов, а оттуда — в Москву, где я провел полгода. К сожалению, сильно пострадала левая сторона: часть руки не удалось сохранить, и нога по сей день нуждается в лечении. Затронут нерв, но прогноз врачей — положительный.

— Изменилось ли отношение к жизни после пережитых событий?

— Первый месяц был самым трудным. Сложно принять свои травмы. Переживал за семью, как они отреагируют, увидев меня. Но когда познакомился с ребятами, которых привезли в больницу после ранений и понял, что у них дела гораздо хуже, то стало стыдно за свои мысли. К тому же супруга не давала мне раскисать, поддерживала и во всем помогала. Настя буквально заново учила ходить, так как я не мог самостоятельно держать равновесие. Признаюсь, она духом оказалась где-то даже сильнее меня. Верила и прикладывала все силы, чтобы я восстановился. Летала в столицу, а дома на ней были дети и работа. Сегодня особо ценю каждый день с близкими людьми. У нас двое детей: дочь Аня и сын Илья. Хочется проводить больше времени с ними и многому научить. Жизнь гораздо короче, чем нам порой кажется, и семья в ней — самое главное.

— За долгое время подготовки, наверняка, сдружились с другими мобилизованными. Вашим товарищам удалось спастись, и поддерживаете ли отношения с кем-то сегодня?

— Три моих друга погибли. Они похоронены в Приволжье, Сызрани и Самаре. Со многими из тех, кто выжил, поддерживаем связь. У нас создана группа в одной из социальных сетей, там обмениваемся новостями, поздравляем с праздниками. Например, для каждого из нас теперь 1 января — второй день рождения и в то же время день скорби по товарищам.

— Вам, как ветерану боевых действий, государство помогает?

— Конечно. Еще в госпитале мне бесплатно установили протез. Все полагающиеся выплаты оформил и получил. Регулярно звонят из фонда «Защитники Отечества» и интересуются, какая помощь необходима. По какому бы я вопросу не обращался в разные ведомства, все стараются помочь. Понимаешь, что ты не один, и это мотивирует.

— После оформления инвалидности планируете вернуться на работу?

— Конечно. Я уже встречался с руководителем нашей организации. Меня радушно встретили, предложили несколько вариантов. Как оформлю документы, то сразу приступлю к своим новым обязанностям. Кроме того, в этом году планирую пойти учиться. Недавно увлекся спортивным метанием ножа, уже ездил на первые соревнования в Башкирию. Призовых мест не занял, но само участие вдохновляет. К тому же новые знакомства и встречи с сослуживцами заряжают положительной энергией.

— Ваше пожелание тем, кто, получив увечья, опустил руки и не знает, как строить жизнь дальше?

— Нельзя сдаваться! Пока мы живы, надо бороться. Конечно, бывают моменты, когда кажется, что это конец. Но поверьте, что эти мысли временны. Меня приглашают на уроки мужества в школы города, и, общаясь с детьми, я часто говорю, что наша жизнь — в наших руках. Все будет так, как вы решите, а значит надо учиться, ставить цели и идти к ним. Даже если тяжело.

Записала Анастасия КРАСИНА.

Фото из семейного архива А. Артемьева.